«Банкиры знают, что россияне будут меньше есть, но платить за кредиты вовремя» (9)

Отношения заемщиков и банкиров в последнее время значительно обострились. Первые недовольны высокими ежемесячными комиссиями и штрафами за просрочку выплат по кредитам и обвиняют банки в обмане. «Обещанный кредит в 25% годовых на деле оказался 80−процентной кабалой», — заявляет заемщик и идет в суд. Банкиры, напротив, уверяют общественность в «честных ставках» и призывают потребителей «внимательно читать договор». В начале 2007 года казалось, что заемщики одерживают победу: Верховный суд РФ, рассматривая иск от группы граждан (поддержанных Роспотребнадзором) к Хоум Кредит энд Финанс Банку, вынес решение в их пользу, признав, что банк неоправданно взимал с них комиссию за досрочное погашение кредита и штрафы за просроченные платежи. Но эта победа оказалась локальной: уже в марте банк «Русский стандарт» выиграл у общества защиты прав потребителей «Блокпост» в Басманном районном суде Москвы дело о незаконности взимания дополнительных банковских комиссий. Проиграли «Блокпост» и заемщики и процессы против Росевробанка и ряда других кредиторов. Летом же фортуна в лице органов власти вновь обратила взор на заемщиков. Генеральная прокуратура инициировала проверку всех банков, работающих в сфере потребительских кредитов. Кроме того, в Центробанке признались, что регулятор также проведет спецпроверки ряда банков по вопросам потребительского кредитования. В чем корни противостояния кредиторов и заемщиков, раскрывают ли банки эффективную ставку и чем больше всего недовольны потребители финансовых услуг, рассказал председатель правления Международной конфедерации обществ потребителей Дмитрий Янин.

 

— Говоря о восприятии потребителями качества работы банков и услуг, которые те оказывают, следует вернуться к рубежу 1993–1994 годов. Именно в те годы число претензий на качество финансовых услуг было максимальным. Люди жаловались на «пирамиды» — МММ, «Русский дом селенга», «Хопер-Инвест», «Чару», «Олби» и т. д. Всего в России насчитывалось более 200 таких компаний и банков, привлекающих деньги вкладчиков и затем с ними исчезающих. Вторая волна претензий наступила в 1998 году: дефолт, банковский кризис, пострадавшие вкладчики. То есть все, что происходило вплоть до этого периода, было связано со средствами самих потребителей, которые в силу тех или иных причин теряли их. Ситуация более или менее нормализовалась в 2001–2004 годах, когда к нам практически не обращались потребители, недовольные финансовыми услугами. Однако с 2004 года проявился новый спектр проблем; как мы считаем, его инициатором стал банк «Русский стандарт» (РС), и связан он был с потребительским кредитованием. И в принципе тот вал претензий, который есть сейчас, это последствие того, что происходило на рынке в то время. Сверхдорогие кредитные продукты позиционировались банками как доступные и дешевые. РС а за ним и другие банки начали активно рассылать кредитные карты с высокими лимитами людям, у которых доходы не позволяли обслуживать их. У нас много жалоб от людей, которые, получая в месяц 6–7 тыс. рублей, брали первый кредит на покупку телевизора или другой техники, успешно его погашали по ставке 23–24% годовых и получали в качестве «награды» карту, стоимость которой была уже 80–90% годовых. В условиях большого кредитного лимита (30–50 тыс. рублей) многие просто не могли их обслуживать. Кроме того, банки активно манипулировали ставкой по кредиту нехитрыми способами, позволяющими увеличить фактическую стоимость займа: ежемесячные комиссии и сборы — за ведение ссудного счета, за расчетно-кассовое обслуживание, за страховку по кредиту и т. д.

— Получается, что главные причины сложившейся ситуации — финансовая неграмотность населения и жадность банкиров?

— Основная причина в отсутствии правового регулирования раскрытия информации банками о кредитах. Ведь до сих пор никаких норм, обязывающих банки раскрывать эффективную ставку, нет. Указание Центробанка №1759−У и письмо №175−Т «Об определении эффективной процентной ставки по ссудам, предоставленным физическим лицам», в которых говорится о раскрытии эффективной ставки, носят рекомендательный характер. Это позволяет банкам либо не сообщать ее до стадии подписания кредитного договора, либо легко обходить данные указания.

Вина за то, что до сих пор соответствующих законов нет, лежит на Министерстве финансов. Поручение по разработке закона о потребительском кредитовании было дано Минфину еще в 2003 году, даже выделялись средства на его разработку. Но за четыре года чиновники так и не смогли обеспечить вынесение данного законопроекта на обсуждение в Госдуму. Государство должно было установить правила честной игры на рынке, приняв законодательство, защищающее граждан, и тем самым снизить агрессивность маркетинга банков.

 

— Что это: пассивность чиновников или лоббистские возможности банкиров?

— Я не могу сказать, что Минфин был заинтересован в том, чтобы закон не был принят. Но факт: за четыре года закон не внесен в Думу. Банкам такая ситуация была выгодна, несомненно. Никаких обязательств информировать потребителей о реальной стоимости кредита у них не было.

 

— Ситуация изменилась, лишь когда активно начали вмешиваться в конфликты между потребителями и банками госорганы — Федеральная антимонопольная служба (ФАС), Роспотребнадзор, Генпрокуратура.

— Да, государство активизировалось. Но все процессы идут в таком «византийском» формате. Одного банкира вызывают в прокуратуру и говорят: «Неправильно это — взимать комиссии, которые приводят к удорожанию кредита в два-три раза». Затем другого, и т. д. Все это делается не в рамках правового поля, а в рамках постулата «сильный всегда прав».

 

— Когда вы заметили эти тенденции?

— Мы еще в 2004 году начали говорить о необходимости введения обязательного раскрытия годовой эффективной ставки. Уже тогда все схемы, которые применял сначала РС, затем и другие банки (Банк Москвы, «Хоум Кредит», Росбанк и т. д.), были видны. Мы провели сравнительную оценку стоимости кредитных продуктов и вывели разницу между декларируемой ставкой и эффективной. Материалы отправили в ФАС. В мае 2005 года ФАС и ЦБ приняли рекомендации по раскрытию информации, которые банки — лидеры экспресс-кредитования дружно проигнорировали. В начале 2006 года первым забило тревогу Свердловское территориальное управление Роспотребнадзора, затем осенью уже и центральный аппарат Роспотребнадзора согласился с нашими доводами: потребителей надо поддержать. С этого момента пошла волна исков со стороны потребителей, поддерживаемых ведомством Онищенко (глава Роспотребнадзора). С лета 2007 года в дело вступила и Генпрокуратура, не без участия которой лидер потребкредитования банк «Русский стандарт» поменял свою политику по вновь выдаваемым кредитам. В то же время людям, которые брали в «Русском стандарте» кредиты не под обещанные 29% годовых, а под 60–80%, никто не вернет заплаченные в виде комиссий деньги.

 

— Но в целом, судя по результатам судебных решений, потребители пока проигрывают схватку банкам?

— Потребители проигрывают по целому ряду причин. Роспотребнадзор и заемщики опираются на требования статьи 16 закона «О правах потребителей», которая запрещает покупку одних товаров или услуг сопровождать обязательным приобретением других товаров и услуг. А ведение ссудного счета или страховка при выдаче кредита разве не являются навязываемыми допуслугами? Сначала суды приняли этот довод, но затем часть исков была проиграна. Нет четкого закона, регламентирующего оказание финансовых услуг населению, в результате суды могут трактовать решения как в пользу заемщиков, так и в пользу банкиров. Пока Минфин не внесет, а Дума не примет закон о потребительском кредитовании, неразбериха с исками будет продолжаться. Кто-то будет выигрывать, кто-то проигрывать.